Переселение крестьян в Сибирь в 18 веке

Неблагоприятные социально-экономические условия жизни в центральной России в XVII — первой половине XVIII вв., нехватка земли и тяжелые помещичьи, монастырские и государственные повинности часто склоняли людей к самовольному переселению в другие места. На западе и на юге российское государство имело враждебных соседей в лице Польши (где крепостное право было тяжелее, чем на Руси), Крыма и Ногайской орды (где переселенец просто попадал в рабство). Суровый климат на севере европейской части России не способствовал привлечению людей на проживание. Отток населения происходил главным образом в направлении южных и восточных малозаселенных окраин России, в чем государство, с одной стороны, было весьма заинтересовано. С другой стороны, оно должно было защищать интересы монастырей и помещиков, которым бегство крестьян несло убытки и даже разорение, и поэтому власти принимали меры по возврату беглых их владельцам. В разные годы сроки сыска беглых составляли от 9 до 15 лет. А в 1649 г. Соборным уложением крестьянские переходы были отменены полностью и введен бессрочный сыск беглых крестьян.

После завоевания Казанского и Сибирского царств в XVI в., когда открылась возможность переселения за Урал, ею, с разрешения властей или без него, воспользовались десятки тысяч людей. Народная молва о плодородных землях и доступных сокровищах (пушнина, мамонтовая кость, серебро и т. д.) на востоке порождала у переселенцев надежду на лучшую и более вольную жизнь в Сибири. Формировавшийся в это время миграционный поток разделялся на две части. Первая представляла собой переселение либо прямо по инициативе властей либо согласованное с представителями государства, увязанное с постройкой новых поселений или развитием старых. Так заселялись, к примеру, долины рек Пышма и Исеть на Урале, где земледельческие поселения возникали в XVII в. под защитой государственных острогов, и Оренбуржье в XVIII в., где казачьи и крестьянские поселения планомерно создавались как часть новой оборонительной линии против кочевников.

Часто такое переселение не было добровольным. На восток отправляли ссыльных, жителей завоеванных западных областей, которых можно было заподозрить в потенциальной нелояльности, военнопленных, европейских наемников.

В новые правительственные поселения устремлялись и те из беглых жителей центральных районов страны, кто не хотел полностью разрывать отношения с государством, стремясь переселением повысить свой статус и получить льготы по налогам и повинностям, предоставляемые жителям фронтира. История о даровании Ермаку и его войску царского прощения за все преступления, а также предоставление казакам в сибирских городах потомственных привилегий формировали доверие к органам власти. Необычайная популярность на Урале и в Сибири образа Ермака во многом объяснялась сравнением его судьбы с судьбой переселенцев, часто покидавших центральную Россию преступниками, но получавших возможность на новом месте послужить стране, тем самым превратившись из преследуемых беглых в лояльных государству и награждаемых им людей.

Вторая часть миграционного потока представляла собой самовольное переселение, в ходе которого люди, не доверяющие властям, стремились селиться подальше от государственных центров колонизации. Часть беглых крестьян, «гулящие» и промысловики боялись вновь оказаться под гнетом государственных повинностей и потому выбирали для поселения места, неизвестные или недоступные представителям власти. Вольные казаки опасались наказаний за грабежи и уходили в районы, где их не могли найти царские войска. Первыми независимыми переселенцами на восток можно считать именно казаков, которые в конце XVI в. отвоевали себе реку Яик у кочевников, стремясь уйти от усиливающейся на Дону и Волге власти царского правительства. После относительного замирения присоединенных к России территорий началось самовольное движение на восток крестьян и промысловиков.

Количество самовольных переселенцев значительно увеличилось после начала церковного раскола за счет старообрядцев, для которых недоверие к власти, преследующей старую веру, было естественным. Правительственные поселения были для старообрядцев источником постоянных угроз, что заставляло их селиться в глухих, ранее неосвоенных местах. Первые центры староверия возникли в Поволжье и на русском Севере, но после правительственных репрессий староверы стали массово переселяться сначала на Урал, где им покровительствовали многие заводчики, нуждающиеся в рабочей силе, а потом и далее на восток.

Источник: В. В. СУХИХ, И. С. ВАЖЕНИНА, С. Г. ВАЖЕНИН Роль доверия к властям в формировании миграционных потоков за Урал в XVII — первой половине XVIII вв. // ЭКО. Всероссийский экономический журнал, № 7, Июль 2017, C. 178-189 Беглые крестьяне, как рабочая сила на уральских заводах Переселенцы в Сибири в 18 веке: отношение властей Трудовая миграция в России: история и современное состояние Появление транснациональных компаний в Европе Доля стран в мировой экономике (1750-1900 гг.) Проблема финансирования культурного наследия Капитализация небольших объектов культурного наследия Результаты выборов в Государственную думу в декабре 1999 г. Краткая история российской банковской системы

1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (Пока оценок нет)
Загрузка...

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *