Реальный эффективный курс рубля и цели Банка России

За 2000-2015 гг. существенно возросла гибкость обменного курса рубля. До 2008 г. Банк России сдерживал краткосрочные колебания номинального обменного курса и ограничивал его укрепление в реальном выражении. (Предотвращение укрепления рубля свыше допустимого уровня зафиксировано в качестве задачи валютной политики в «Основных направлениях денежно-кредитной политики» за 2004-2008 гг.)

Ограничить укрепление реального курса в целом регулятору удалось, фактическая динамика почти всегда укладывалась в целевой интервал (рис. 2). С 2005 г. для ограничения краткосрочной волатильности стоимости бивалютной корзины был введен интервал допустимых значений (операционный интервал). Его величину и правило валютных интервенций в этот период регулятор не раскрывал, однако на основе данных о динамике курса можно сказать, что ограничения были жесткими.

Однако кризис 2008 г. выявил слабые стороны политики квазификсированного курса. Так, в докризисный период эта политика способствовала притоку спекулятивных капиталов (росту профицита финансового счета после отмены ограничений на потоки капитала; рис. 4) и накоплению валютных рисков российскими заемщиками до 2008 г. (внешний долг российского корпоративного сектора за 2005-2008 гг. вырос более чем в 4 раза). Это создало «спекулятивный навес» коротких иностранных капиталов перед кризисом 2008 г., которые быстро поменяли свое направление в кризисный период. Во время кризиса режим поддержки курса оказался крайне затратным: Банк России при проведении «мягкой девальвации» израсходовал около трети золотовалютных резервов (снижение за сентябрь 2008 — январь 2009 г. составило 195 млрд. долл.).

После 2008 г. регулятор отказался от среднесрочных целей по обменному курсу, о чем свидетельствует отсутствие ориентиров по этому индикатору в «Основных направлениях…». Также Банк России постепенно снижал степень вмешательства в краткосрочные колебания стоимости бивалютной корзины. В начале 2009 г. регулятор расширил фиксированный интервал стоимости бивалютной корзины до 41 и 26 руб. (отменен в конце 2010 г.), а также ввел механизм автоматической корректировки границ плавающего операционного интервала стоимости бивалютной корзины (первоначально шириной 2 руб., затем расширялся до 7 руб. в середине 2012 г. и до 9 руб. в середине 2014 г.) в зависимости от объема совершаемых интервенций (накопленный объем интервенций, при достижении которого изменялись границы операционного интервала, снижался с 700 млн. до 450 млн. долл. в середине 2012 г. и 350 млн. долл. к концу 2013 г.). Внутри плавающего операционного интервала был выделен «нейтральный» диапазон, в котором Банк России не осуществлял интервенции. В результате этих мер волатильность стоимости бивалютной корзины возросла с 0,3% среднемесячного значения перед кризисом 2008 г. до 1% за период с момента завершения острой фазы кризиса 2008 г. до нового валютного шока конца 2014 г.

В конце 2014 г., не желая расходовать золотовалютные резервы с целью противостоять мощным негативным внешним шокам, влиявшим на динамику внутреннего валютного рынка, Банк России завершил переход к плавающему курсу. С ноября 2014 г. был упразднен действовавший механизм курсовой политики, отменены интервал допустимых значений стоимости бивалютной корзины и интервенции на границах этого интервала, а также за его пределами. При этом Банк России не отказался полностью от проведения валютных интервенций, оставив возможность вмешиваться в ценообразование на валютном рынке в «случае возникновения угроз для финансовой стабильности».

В результате повышения гибкости обменного курса рубля способ поглощения внешнего шока валютным рынком в конце 2014 г. значительно отличался от ситуации кризиса 2008 г.: за сентябрь 2014 г. — январь 2015 г. Банк России потерял менее 20% золотовалютных резервов (против 33% за аналогичный период 2008-2009 гг.), при этом допустив повышение стоимости бивалютной корзины более чем на 70% (ранее — на треть). После валютного кризиса курс бивалютной корзины оставался чрезвычайно волатильным, за первую половину 2015 г. волатильность выросла до 3,6% среднемесячного значения (против 1,0% в предшествующем периоде).

Источник: Пестова А. Режимы денежно-кредитной политики Банка России: рекомендации для количественных исследований // Вопросы экономики, № 4, Апрель 2017, C. 38-60 Дестабилизация мировой валютной системы из-за девальвации валют Управляемое плавание валютного курса: подход Бофингера Преимущества сильного рубля Долгосрочный равновесный реальный обменный курс валюты От чего зависит реальный обменный курс валюты Методы прогнозирования временных рядов и валютный курс В рамках прогнозирования временных рядов анализируются прошлые наблюдения переменной для создания модели, описывающие основную взаимосвязь между прошлыми и текущим значениями. Банк России и шоковая девальвация в декабре 2014 года Чем обеспечен рубль? Причина высоких темпов прироста ВВП после 1998 года: падение курса рубля

1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (Пока оценок нет)
Загрузка...

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *