Общий долг Китая (государственный, корпоративный и частный) превышает ВВП страны почти в 3 раза

Внешний долг КНР в 2009-2015 гг. вырос в 3,8 раза и превысил 1,4 трлн долл.

Общий долг Китая (государственный, корпоративный и частный) превышает ВВП страны почти в 3 раза

Особую озабоченность вызывает быстрое увеличение «долгового навеса» в крупнейшей мировой экономике — Китае. Внешний долг КНР в 2009-2015 гг. вырос в 3,8 раза и превысил 1,4 трлн долл. При этом существенно увеличилась доля краткосрочных обязательств во всем внешнем долге — с 49,2% в 2008 г. до 64,9% в 2015 г. Обслуживание внешнего долга сильно зависит от одной валюты — доллара США (более 97% всех внешнедолговых обязательств).

Однако для Китая внешний долг сейчас не выступает серьезной проблемой — его отношение к ВВП в последние годы не превышало 15-20%, а годовой объем процентных выплат, хотя и увеличился за 2009-2015 гг. в 2,2 раза, пока составляет лишь 10,5 млрд. долл. (World Bank, 2017). Значительно быстрее внешнего долга после 2008 г. рос внутренний долг, что было во многом вызвано деятельностью секторов, связанных с недвижимостью (прежде всего банков и строительства). На него в 2014 г. приходилось 45% всего долга (исключая долг финансового сектора). Соотношение общего долга Китая (государственного, корпоративного и частного) и ВВП составило 282% — один из самых высоких показателей в мире.

Значительная часть прироста долга Китая использовалась для рефинансирования существующей задолженности или создания активов в отраслях, которые уже сталкиваются с недостаточным спросом на рынке. Это усиливает вероятность невозврата таких долгов.

Факторами риска развития долгового кризиса выступают

  • замедление роста китайской экономики;
  • увеличивающийся бюджетный дефицит (более 400 млрд. долл. в 2016 г.);
  • усилившийся отток капитала за рубеж;
  • необходимость поддерживать определенный курс юаня, который вошел в корзину резервных валют МВФ, и связанное с этим сокращение золотовалютных резервов (2998 млрд. долл. на начало 2017 г. — шестилетний минимум — против 3840 млрд. в конце 2013 г.);
  • накопление «плохих» кредитов в банковской системе; 
  • нежелание правительства идти на радикальные шаги по банкротству предприятий.

В результате растет число фактически недееспособных предприятий, а возможности государства по их поддержке путем предоставления банковских гарантий сужаются. Соотношение денежной массы (М2) и ВВП в Китае в конце 2016 г. составило 208% и было одним из самых высоких в мире. В похожем положении находятся региональные правительства, большая часть которых уже не в состоянии обслуживать свои долговые обязательства. По некоторым оценкам, не менее 15% всех долгов банковской системы могут быть отнесены к невозвратным, что чревато реальным банковским кризисом.

Как отмечает Ю. Хендрих-Вонг, китайская экономика попала в ситуацию, которая называется «рискованная троица»: 

  • рост коэффициентов левериджа (в данном случае долг/ВВП. — Б. Х.); 
  • замедление роста производительности; 
  • снижение гибкости политики. 

По мере роста финансовых рисков способность правительства решать эти проблемы будет ослабляться. Неблагоприятным фактом стало понижение в мае 2017 г. (впервые с 1989 г.) долгосрочного суверенного кредитного рейтинга Китая агентством Moody’s с Аа3 до А1.

С учетом большого экономического веса Китая его долговые проблемы становятся серьезным фактором риска не только для китайской, но и для всей мировой экономики. Некоторые эксперты уже задаются вопросом, не станет ли китайский дефолт по суверенному долгу началом нового глобального финансового кризиса.

По материалам статьи: Б. Хейфец Новая волна глобального долгового кризиса: риски возрастают // Вопросы экономики, №12, Декабрь 2017, C.81-95

1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (Пока оценок нет)
Загрузка...

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *